Кровная местность

18.08.2003

11 августа в Дагестане был убит бывший депутат Госдумы Надиршах Хачилаев. По одной из версий, с самым скандальным дагестанским политиком расправились кровники. Теперь эту и другие версии будет изучать не только милиция, но и родственники убитого: когда 12 августа Хачилаева похоронили, могильный камень поставили рядом с могилой. По горским обычаям это означает, что погибший не отомщен.

Третий из четырех братьев
Надиршаха Хачилаева расстреляли в джипе возле его дома на улице Титова в центре Махачкалы. Киллеры, использовавшие пистолет-пулемет «Кедр» и автомат Калашникова, скрылись на ВАЗ-21099. Машину они бросили в паре километров от места происшествия, на улице Пархоменко. Здесь, в частном секторе Махачкалы, расположены дома многих известных даргинцев, которые сейчас находятся у власти в республике. Кое-кто в городе даже принял это за намек — мол, киллеры показали, откуда мог поступить приказ расправиться с оппозиционером Хачилаевым. Впрочем, существует и более простое и логичное объяснение: преступникам удобнее было укрыться среди частных строений, чем в районе многоэтажек.
Похоронили лидера лакского народа на родовом кладбище в селении Кума. Его могила — рядом с могилами братьев Адама и Магомеда. Теперь из четверых братьев Хачилаевых в живых остался только младший — Джабраил.
Известного в СССР каратиста Адама Хачилаева убили в 1991 году чеченцы. За что, уже толком никто не помнит. Но известно, что за Адама вскоре отомстили: убийца погиб, а его семья то ли куда-то уехала из региона, то ли просто исчезла. Магомеда (который, кстати, был тренером Адама и даже назвал его именем спортшколу в Махачкале) убил в 2000 году его телохранитель Мирза Рамазанов. Сам охранник утверждал, что его подставили. Но Верховный суд Дагестана установил, что Рамазанов застрелил своего шефа из-за невозвращенного долга, и приговорил его к 18 годам колонии.
С Надиршахом Хачилаевым все гораздо сложнее. «Врагов у него было столько, что мы не можем исключить ни одной версии»,— сказали корреспондентам «Власти» в МВД Дагестана.

Несвоевременная книга
Надиршах Хачилаев всегда находился в оппозиции к республиканским властям. Главу госсовета Дагестана Магомедали Магомедова он называл «дедушкой», а мэра Махачкалы Саида Амирова — «серым кардиналом». Надиршах утверждал, что они фактически узурпировали власть в Дагестане, подавив оппозицию и инакомыслие. Еще будучи депутатом Госдумы, Хачилаев пытался создавать комиссии по проверке многочисленных, по его мнению, фактов коррупции и злоупотреблений в республике, однако до конкретных разоблачений так и не дошло. И несмотря на то что еще в 1998 году Хачилаева лишили депутатского иммунитета, в 1999 году — арестовали, а недавно не дали даже избраться в народное собрание республики, он продолжал обличать дагестанские власти. А потому некоторые СМИ утверждают, что убийство Хачилаева связано с его стремлением поучаствовать в новых выборах в Госдуму. Однако, по информации «Власти», эта версия следствием практически не рассматривается.
Более привлекательной, по мнению прокуратуры и УФСБ Дагестана, является версия, связывающая смерть Хачилаева с чеченцами. «Всем известно, что Надир был дружен с Басаевым, что он поддержал ваххабитов, напавших на республику в 1999 году. Но потом между ними пробежала черная кошка»,— заявил «Власти» один из сотрудников УФСБ.

Когда и почему произошел разрыв, доподлинно не известно. Но последней каплей, как считает хороший знакомый Надиршаха, лидер Исламской демократической партии Абдурашид Саидов, могла стать книга Хачилаева «Мой путь к правосудию», вышедшая всего за три недели до убийства.
— В своей книге он объявил Масхадова и Басаева предателями чеченского народа,— рассказывает Саидов.— Для человека со стороны, не знакомого лично с Асланом и Шамилем, это прошло бы незамеченным. Но высказывания бывшего друга могли их сильно задеть.
О возможном чеченском следе в убийстве Хачилаева говорят и первые результаты следствия. «Жигули», использованные киллерами, были приобретены по гендоверенности жителем Гудермеса. «Кедр», из которого стрелял один из убийц, похищен в 1996 году у милиционера, служившего в Чечне. Брата Надиршаха Хачилаева Адама, напомним, также убили чеченцы, а потом другие братья отомстили им за его смерть. И если исходить из законов кровной мести, чеченцы должны были отомстить и братьям. Но были у Хачилаевых и другие кровники.

Снисходительный суд
— Этого убийства следовало ожидать,— говорит Абдурашид Саидов.— Надир вел себя неосторожно, сам ездил за рулем машины, не пользовался охраной, словно забыл о старых врагах.
Эти враги появились у братьев Хачилаевых в мае 1998 года. Тогда на улице Титова в Махачкале, в том самом месте, где через пять лет был убит Надиршах Хачилаев, машину с его охранниками остановили для проверки бойцы элитного спецподразделения дагестанской милиции «Каскад». Незадолго до этого местные власти разогнали рынок, который контролировали братья. Остановить Hummer Хачилаевых спецназовцы не смогли, задержали только ВАЗ-21099, в котором находились их вооруженные автоматами соратники (они возвращались из Чечни, где вели переговоры об освобождении заложников). Досмотр машины и попытка разоружить хачилаевцев закончились потасовкой и стрельбой. Трое милиционеров — Мурадали Саламов (он был признан МВД России лучшим милиционером того года), Мустафа Гаджимусаев и Руслан Алиев — были убиты, еще несколько человек получили ранения.
Взбешенные милиционеры в тот же день попытались взять штурмом дом Хачилаевых, но на выручку братьям пришли торговцы того самого разогнанного рынка. Завершилось все это массовыми беспорядками, в ходе которых было захвачено и разгромлено здание госсовета республики. Хачилаевцы даже водрузили над ним зеленый исламский флаг.
Надиршаха и Магомеда Хачилаевых за это арестовали и судили, но не очень строго: Верховный суд Дагестана дал Надиршаху 1,5 года лишения свободы, Магомеду — 3 года и тут же в зале суда амнистировал обоих. Стрелявшие в милиционеров охранники пропали без вести.

Последующие попытки МВД Дагестана привлечь братьев за другие преступления также завершились ничем. В 2001 году Джабраил Хачилаев был задержан по подозрению в убийстве вице-спикера Дагестана Арсена Каммаева и председателя дагестанского отделения Промстройбанка Абдулхалика Мусаева. Но вскоре его с извинениями освободили. А в прошлом году Советский райсуд Махачкалы оправдал Надиршаха Хачилаева, которого обвиняли в незаконном хранении оружия и взрывчатых веществ. Возможно, когда все попытки по закону разобраться с братьями не увенчались успехом, сработал вариант кровной мести, о которой родственники погибших милиционеров говорили еще в 1998 году.
— Проблема кровной мести напрямую связана с тем, что суды на Северном Кавказе не всегда выносят справедливые и законные решения,— заявил «Власти» один из сотрудников ГУБОП МВД России.— В этом отношении пример братьев Хачилаевых показателен. Сколько из-за них и их сторонников погибло людей? И какой приговор им за это вынесли? В таких условиях людям не остается ничего другого, как самим добиваться справедливого, с их точки зрения, наказания. Но я бы не стал однозначно говорить о том, что Надира убили кровники. Отделить кровную месть от преступления, связанного с экономической или политической борьбой, в Дагестане практически невозможно. Братья Хачилаевы помимо прочего были связаны и с чеченцами, и с рыбной мафией. Так что искать убийц надо по всем направлениям.
Бывший заместитель по воспитательной работе «Каскада» (отряд был расформирован после событий 1998 года) Микил Макашарипов считает, что к убийству Надиршаха Хачилаева «каскадовцы» никакого отношения не имеют:
— Прошло пять лет. А кровники, как правило, мстят в течение одной-двух недель. И потом, наши люди стали цивилизованнее. Сейчас проще договориться, чем стрелять.

Бессрочный обычай
Впрочем, как утверждали другие собеседники «Власти», кровная месть не имеет срока давности — Хачилаева могли убить не только за события 1998 года, но и за то, что произошло десять лет назад. Например, он мог стать жертвой какого-нибудь выжившего представителя чеченской семьи, пропавшей в начале 90-х после убийства Адама Хачилаева.
Да и решение о кровной мести принимается не вдруг. У каждого народа, исповедующего мусульманство, есть свои адаты о кровной мести, но, как правило, начинать ее или нет, решают на 40-й день после убийства. Предупреждением служит могильный камень. Если его сразу не установили на могилу, а оставили рядом с ней — значит, возможно отмщение. Именно это означает камень, оставленный рядом с могилой Надиршаха Хачилаева.

Способ убийства может быть любым, не ограничены мстители и в сроках. Также неважно, кто из родственников покойного отомстит за смерть. Важно, чтобы мститель принял участие в самом убийстве. Если убийца умер своей смертью или спрятался так, что его не могут найти, месть распространяется на его близких. В первую очередь это могут быть его братья и отец, потом двоюродные братья и так далее.
Просто откупиться от кровной мести нельзя. Но существует возможность ее остановить. Обычно о начале кровной мести становится известно местным старейшинам, и те сами обращаются к противостоящим сторонам, предлагая свое посредничество в заключении мира. Если это удается, семья убийцы платит компенсацию родственникам жертвы. Например, в XVIII веке за кровь князя отдавали от 6 тыс. до 8 тыс. быков, простого горца — 160 быков, а за убийство раба платили его рыночную стоимость. Сейчас точной суммы компенсации не существует: это может быть и сто долларов, и тысяча. Как утверждают источники «Власти», дело не в количестве денег, компенсация — это символ. Но главное — семья убийцы обязана взять шефство над семьей погибшего: она обеспечивает всем необходимым его вдову и детей до достижения ими совершеннолетия.
Доказательством примирения или того, что покойный был отомщен, является тот же могильный камень. Когда его устанавливают над захоронением, кровная месть отменяется.
В конце прошлой недели ни одна из версий убийства Надиршаха Хачилаева не считалась основной. Но можно предположить, что даже если его убили не по праву кровной мести, теперь она начнется: по горским законам за Надиршаха должны отомстить.

АЛЕКСЕЙ ГЕРАСИМОВ, АЛЕКСАНДР ЖЕГЛОВ, СЕРГЕЙ ТОПОЛЬ, МУСА МУРАДОВ

«Сейчас мы в таком положении, что не можем защитить сами себя»

Ровно год назад корреспондент «Власти» Ольга Алленова, собирая в Дагестане материал о ваххабитах, встречалась с Надиршахом Хачилаевым. Мы приводим выдержки из этой статьи (полностью см. #33 от 28 августа 2002 года).

Надир Хачилаев не любит нынешнюю дагестанскую власть, да и российскую не жалует. «В Москве из пистолета выстрелят — в Дагестане пушкой отдается,— говорит он.— Ничего, это не экстремизм, если я так сказал?»
— Почему вас называют ваххабитом?
— В Дагестане всех, кто оппозиционно настроен, называют ваххабитами. Если ты говоришь, что у нас нет оппозиционных газет, значит, ты ваххабит.
— А вы — оппозиция?
— Это громко сказано. Оппозиция — это сила, которая может противостоять власти и блокировать ее проекты. У нас такой силы сейчас нет. Сейчас мы в таком положении, что не можем защитить сами себя. Власть коррумпирована, и все, кто у власти, чувствуют себя безнаказанными.
Еще год назад Хачилаевых называли осетровыми королями. Говорили, что все свое состояние четыре брата сколотили на рыбе и черной икре. Надир Хачилаев на это всегда говорил, что за рыбой и икрой ходит на рынок. Их боялись, к ним приходили за советом. Самым страшным было оказаться во вражде с Хачилаевыми. Но два года назад при странных обстоятельствах погиб старший брат Магомед, возглавлявший Съезд лакского народа, и авторитет семьи покачнулся. Однако первый сильный удар по Хачилаевым был нанесен еще раньше — событиями 1999 года: тогда, по слухам, Надир Хачилаев отсиживался в Кадарской зоне, объявленной ваххабитами исламским государством, и какое-то время после этого скрывался в Чечне.
Надир приглашает нас в дом, и мы попадаем в эпоху средневековья. Огромный дубовый стол, высокие деревянные стулья с заостренными наконечниками на спинках. Кирпичные стены без отделки, а на них — старинная кольчуга, черкеска XVII века и большие медные подносы ручной работы.
— Здесь у меня была замечательная коллекция оружия, а это остатки,— рассказывает Надир, пока мы разглядываем оружие и одежду.— Когда мой дом штурмовали в 98 году, здесь было много интересного. После штурма два года здесь никто не жил, и самые редкие вещи унесли…
— Я был депутатом, и я понимал, что наказы моих избирателей не могу выполнять при той коррумпированности власти в Дагестане,— рассказывает Хачилаев. — Я не раз просил организовать общенародные выборы, но дедушка (глава госсовета Дагестана Магомедали Магомедов.— «Власть»), не спрашивая народа, оставался у власти. В Думе были рассмотрены документы, собранные мной, о фактах коррупции в Дагестане. И было решено даже направить комиссию в Дагестан. Но этого не произошло. Вокруг нашей семьи начались провокации. Возле моего дома были убиты милиционеры, хотя я этому препятствовал. Потом, когда толпа, поддерживающая нас, ринулась к Белому дому, кто-то из моего окружения сказал: это конец братьев Хачилаевых. Сейчас я не занимаюсь политикой. Я пишу картины и издаю с Расулом (Гамзатовым.— «Власть») журнал «Белые журавли».
— И все же вы были в Карамахах в 1999-м. Симпатизировали ваххабитам?
— Симпатий у меня много. А ваххабизм — это надуманный ярлык. Это 37-й год, мы это уже проходили. Я был против того вторжения в Дагестан. Мы с братьями не раз заявляли, что против всех этих терактов и взрывов. Я в Карамахах был как посредник, я договаривался со сторонами. Я знал, что это вторжение носит заказной характер, и я не собирался иметь к этому отношения. У ваххабитов нет политического видения, за ними явно кто-то стоял.
— Вы знаете кто?
— А кто получил дивиденды? Ко мне в тюрьму приходили эфэсбэшники, говорили: дай показания на Березовского, что это он финансировал боевиков, которые вторглись в Дагестан. Я сказал им: идите в Кремль и там спросите, кто финансировал боевиков. Но меня не оставляли в покое. В конце концов ко мне привели каких-то людей с видеокамерами и сказали: говори. И я сказал: «Да, каюсь. Мы втроем — Володя Путин, Боря Березовский и я — решили организовать это вторжение. Теперь один в Кремле, другой за границей, а я здесь».

Дагестанские кровники
Заместитель имама махачкалинской джума-мечети Зайнулла заявил «Власти», что убийства на почве кровной мести в Дагестане совершаются редко, а вот в соседней Чечне — это обычное дело (об отношении чеченцев к кровной мести «Власть» писала в #20 за 2002 год): «В исламе говорится, что если кто-то умышленно убил человека, родственники могут получить право мести у имама через шариатский суд. Но обычно имамы настаивают на прощении виновного, считая, что за прощение вознаградит Всевышний».

Салам Магомедов, замминистра промышленности и транспорта Дагестана

Салам Магомедов, замминистра промышленности и транспорта Дагестана

Тем не менее кровная месть в Дагестане практикуется довольно широко. В конце прошлого года был убит депутат народного собрания республики, замминистра промышленности и транспорта Дагестана Салам Магомедов. Чиновник был родом из Каякентского района Дагестана. В 1999 году за власть в этом районе боролись два кумыкских клана — Магомедовых и Алиевых. Одни хотели, чтобы главой районной администрации стал Салам Магомедов, другие делали ставку на Али Алиева. В самый разгар предвыборной кампании Али Алиев был убит, и должность досталась конкуренту. Найти убийц Алиева не удалось, но его родственники заподозрили, что за этим преступлением стоят Магомедовы. Была объявлена кровная месть, и началась затяжная война. Ее первой жертвой (если не считать Али Алиева) стал брат Салама Магомедова Магомед, которого расстреляли в ноябре 2000 года. Второй — сам Салам.

Летом прошлого года Верховный суд Дагестана вынес приговор за убийство вице-спикера Дагестана Арсена Каммаева. Убийство было организовано главой администрации Новолакского района Сагидбаталом Узуновым и носило, как утверждал обвиняемый, профилактический характер — по словам Узунова, покойный Каммаев заказал его за $15 тыс. Узунов как организатор преступления был приговорен к 20 годам лишения свободы, его зять, брат и двое друзей получили от 10 до 21 года. Когда судья дочитал приговор, между родственниками осужденных и погибших вспыхнула драка, разнимать которую пришлось спецназу. Расстались они заклятыми врагами. Старший брат осужденного Узунова Джамалутдин прокричал родным Каммаева: «Вы еще свое получите».

С кровной местью в МВД Дагестана связывают и многие другие громкие преступления. Среди них — совершенное в марте этого года покушение на депутата Госдумы Гаджи Махачева, которого ранил снайпер, а также серия из десятка нападений на мэра Махачкалы Саида Амирова. Говорят, кровники есть даже у дагестанского премьера Хизри Шихсаидова. Летом прошлого года его машина попала в ДТП, в котором погибли пять человек. С тех пор Шихсаидов, опасаясь мести, вынужден пользоваться не только усиленной охраной, но и тремя одинаковыми машинами.
К кровной мести вполне могут относиться и многочисленные убийства сотрудников местного УБОПа и управления по борьбе с терроризмом. Иногда милиционеры довольно радикально решают проблемы с ваххабитами и террористами, а у каждого из них есть родственники.

 

Источник